Ядерное оружие
Стратегические системы вооружений
Рубрика 'Структура и операции стратегических ядерных сил'
Точная информация о времени создания Совета обороны, его составе и полномочиях практически отсутствует. Возможно, что Совет обороны или аналогичный орган суще¬ствовал н в предвоенные годы. Во время Великой Отечественной войны для руково¬дства Вооруженными силами была образована Ставка Верховного главнокомандования, которую возглавил И. В. Сталин, который также занимал пост председателя Совета Ми¬нистров и возглавлял Государственный комитет обороны. По всей видимости при соз¬дании послевоенного Совета обороны был использован опыт работы Ставки ВГК н Го¬сударственного комитета обороны.
И. В. Сталин занимал пост Генерального секретаря ЦК ВКП(б)/КПСС с 1922 г. до своей смерти 5 марта 1953 г. После смерти И. В. Сталина пост Генерального секретаря был упразднен. 6 марта 1953 г. Председателем Президиума ЦК (и председателем Совета Ми¬нистров) был избран Г. М. Маленков. Уже 14 марта 1953 г. Маленкова на посту Предсе¬дателя Президиума ЦК сменил Н. С. Хрущев. После отстранения Н. С. Хрущева от вла¬сти 15 октября 1964 г. Первым (с 1967 г. - Генеральным) секретарем ЦК стал Л. И. Брежнев, остававшийся на этом посту до своей смерти 10 ноября 1982 г. С 12 но¬ября 1982 г. по 9 февраля 1984 г. пост Генерального секретаря занимал Ю. В. Андропов, с 13 февраля 1984 г. по 10 марта 1985 г. - К. У. Черненко. Последним Генеральным сек¬ретарем ЦК КПСС стал М. С. Горбачев, занимавший этот пост с 11 марта 1985 г. до
24 августа 1991 г.
Тем не менее, пост председателя Совета обороны неизменно принадлежал именно Ге¬неральному секретарю, а не Председателю Президиума Верховного Совета. 15 марта 1990 г. на Съезде народных депутатов первым Президентом СССР был избран М. С. Горбачев, который в то время занимал пост Генерального секретаря ЦК КПСС.
25 декабря 1991 г., в связи с прекращением существования СССР М. С. Горбачев сло¬
жил полномочия Президента СССР.
На встрече руководителей стран СНГ, состоявшейся 30 декабря 1991 г., было принято решение о том, что вопрос о применении ядерного оружия будет решаться Президен¬том России по согласованию с руководителями Казахстана, Белоруссии н Украины в консультации с главами других государств —участников СНГ. Поскольку к настоящему времени Белоруссия, Казахстан и Украина присоединились к Договору о нераспростра-
нении ядерного оружия в качестве неядерных государств, контроль за ядерным оружи¬ем полностью перешел к России.
С момента первых выборов Президента России, состоявшихся 12 июня 1991 г. и до настоящего времени этот пост занимает Б. Н. Ельцин.
В послевоенные годы пост министра обороны СССР занимали И. В. Сталин (1941-1947 гг.), Н. А. Булганин (1947-1949 гг. н 1953-1955 гг.), А. М. Василевский (1949-1953 гг.), Г. К. Жуков (1955-1957 гг.), Р. Я. Малиновский (1957-1967 гг.), А. А. Гречко (1967-1976 гг.), Д. Ф. Устинов (1976-1984 гг.), С. Л. Соколов (1984-1987 гг.), Д. Т. Язов (1987-1991 гг.), Е. И. Шапошников (1991 г.). Первым министром обороны России стал П. С. Грачев, назначенный на этот пост 18 мая 1992 г. С 17 июля 1996 г. по 22 мая 1997 г. этот пост занимал И. Н. Родионов. В настоящее время пост министра обороны России занимает И. Д Сергеев.
После Великой Отечественной войны в составе Вооруженных сил находились Сухопут¬ные войска, Военно-воздушные силы и Военно-морской флот. Войска ПВО были обра¬зованы в 1954 г., Ракетные войска стратегического назначения —в 1959 г. И. Д Сергеев, "В течение ближайших восьми лет Вооруженные силы России будут пол¬ностью реформированы", Независимое военное обозрение, 19 сентября 1997 г., с. 1. Центральный комитет формировался на съезде КПСС, который являлся высшим орга¬ном партии. Основной задачей ЦК было руководство деятельностью партии в период между съездами. Пленумы Центрального комитета как правило созывались с периодич¬ностью раз в несколько месяцев. Для осуществления руководства деятельностью пар-тин в период между пленумами Центральный комитет формировал Политбюро ЦК и Секретариат ЦК, действовавшие на постоянной основе. На XIX съезде, состоявшемся в 1952 г., вместо Политбюро был создан расширенный орган - Президиум ЦК. В 1953 г. состав Президиума был уменьшен до 10 человек, а в 1967 г. он был вновь переименован в Политбюро ЦК КПСС.
Должность секретаря ЦК ответственного за оборону в 1963-1976 гг. занимал Д. Ф. Усти¬нов, который до этого назначения возглавлял Военно-промышленную комиссию. После того как в 1976 г. Д. ф. Устинов занял пост министра обороны, секретарем ЦК, куриро¬вавшим вопросы обороны, стал Я. П. Рябов, который не играл столь заметной роли в процессе принятия решений. Положение изменилось в 1986 г., когда секретарем ЦК, ответственным за оборону, стал Л. И. Зайков.
Задача международного отдела ЦК традиционно была ограничена организацией взаимо¬действия с коммунистическими партиями за рубежом. Статус международного отдела ЦК был существенно изменен только в 1986 г., после того как его возглавил А. Ф. Доб¬рынин, занимавший до этого пост посла СССР в США и игравший существенную роль в формировании советско-американских отношений.
До 1953 г. пост председателя Совета Министров СССР занимал И. В. Сталин. После его смерти правительство возглавил Г. М. Маленков, который был смещен с поста предсе¬дателя Совета Министров в 1955 г. В 1955-1958 гг. правительство возглавлял Н. А. Бул¬ганин, в 1958-1964 гг.-Н. С. Хрущев. После отстранения Н. С. Хрущева от власти пред¬седателем Совета Министров стал А. Н. Косыгин, занимавший этот пост до 1980 г. В 1980-1985 гг. правительство возглавлял Н. А. Тихонов, в 1985-1990 гг.-Н. И. Рыжков. Последним председателем Совета Министров СССР н единственным председателем правительства, не входившим в состав Политбюро, стал В. С. Павлов, занимавший этот пост в 1991 г.
Особая роль в руководстве Министерством иностранных дел и в определении внешне¬политического курса СССР принадлежала А. А. Громыко, который возглавлял мини¬стерство с 1957 по 1985 г. До него пост министра иностранных дел занимали В. М. Мо¬лотов (1939-1949 н 1953-1956 гг.), А. Вышннскнй (1949-1953 гг.), Д. Т. Шепилов (1956-1957 гг.). В 1985 г. А. А. Громыко на посту министра иностранных дел сменил Э. А. Ше¬варднадзе. В 1990 г. министерство возглавил А. А. Бессмертных, остававшийся минист¬ром до августа 1991 г.
Военно-промышленная комиссия стала играть заметную роль в решении вопросов во¬енно-технической политики в 1957 г., после того как ее возглавил Д. Ф. Устинов, до это¬го занимавший пост министра оборонной промышленности. После ухода Д. Ф. Устино¬ва в Секретариат ЦК в 1963 г. Комиссию возглавил Л. В. Смирнов, остававшийся в этой
должности до 1985 г. В 1985 г. Военно-промышленную комиссию возглавил Ю. Д. Мас¬люков.
В частности, решения, вырабатываемые Комиссией по наблюдению за переговорами, направлялись непосредственно на утверждение Политбюро, минуя Совет обороны. A. G. Savel'yev, N. N. Detinov, The Big Five: Arms Control Decision-Making in the Soviet Union, Praeger, Westport, 1995, p. 20.
После создания комиссии ее возглавил Д. Ф. Устинов, который в то время занимал пост секретаря ЦК, ответственного за оборону. В 1976 г., после того как Д. Ф. Устинов занял пост министра обороны, Секретариат ЦК в комиссии представлен не был. В декабре 1984 г., после смерти Д ф. Устинова комиссию возглавил А. А. Громыко, которого в 1986 г. сменил секретарь ЦК ответственный за оборону Л. И. Зайков. В Генеральном штабе основной объем работы выполнялся Главным оперативным управлением. Кроме этого, в середине 70-х годов в структуре Генштаба было создано Договорно-правовое управление, которое также активно участвовало в работе комис¬сии. В Министерстве иностранных дел основная работа проводилась отделом США и Канады. Особую роль в работе комиссии играли С. Ф. Ахромеев, который занимал раз¬личные должности в Генеральном штабе (начальник Главного оперативного управления, затем первый заместитель начальника Генштаба, в 1984-1988 г. — начальник Генштаба), и Г. М. Корниенко, который возглавлял в Министерстве иностранных дел отдел США, а в 1977 г. стал первым заместителем министра. См. Savel'yev, Detinov, The Big Five, p. 61. Savel'yev, Detinov, The Big Five, p. 115.
Как правило в постановлении о начале разработки указывались: сроки основных этапов работ с точностью до квартала (готовность эскизного проекта, выход на испытания, го¬товность к началу серийного производства); головные разработчики системы и ее ком¬понентов (в том числе персонально главный конструктор системы), а также организа¬ции, участвующие в разработке; поручения различным ведомствам по проведению ме¬роприятий, необходимых для создания системы (строительство различных объектов, от¬чуждение территорий, решение социальных вопросов).
Следует отметить, что избыточное статическое давление, создаваемое во фронте удар¬ной волны ядерного взрыва, не обязательно является основным фактором, вызываю¬щим поражение объекта. Тем не менее, защищенность как правило характеризуют именно с помощью избыточного давления, так как интенсивность воздействия осталь¬ных поражающих факторов взрыва как правило однозначно связана с этой величиной. Оценка радиуса поражения может быть проведена с помощью соотношения R=kq1/3, где R— радиус в километрах, q— мощность взрыва в мегатоннах, к—коэффициент, зави¬сящий от защищенности объекта. Для городских сооружений (защищенность 0.3 атм) к=4, для укрепленных шахт (100 атм) к=0.4. См. например МБР СССР(РФ) и США, РВСН, 1996, с. 21.
Величины кругового н предельного отклонения связаны со среднеквадратичным откло¬нением а, описывающим распределение вероятности отклонения боеголовки от точки прицеливания, с помощью следующих соотношений; КВО= I.I80, ПО=2.7а. Так, в случае если круговое отклонение равно радиусу поражения для уничтожения цели с вероятностью большей 0.98 необходимо 6 боезарядов.
Радиус поражения увеличивается пропорционально q"3, где q—мощность боезаряда. Это означает, что для увеличения радиуса поражения цели вдвое необходимо увеличить мощность заряда в 8 раз.
Информация о системе управления и схеме ее работы практически полностью отсутст¬вует. Приведенное в данном разделе описание представляет собой реконструкцию ос¬новных принципов работы системы, основанную на немногочисленных сведениях, имеющихся в открытой литературе. Фактические данные, касающиеся работы системы управления, взяты из работы Brace G. Blair, Global Zero Alert for Nuclear Forces, Brookings Institution, Washington, D.C., 1995, которая представляет собой наиболее полное из имеющихся на сегодняшний день описаний системы боевого управления. Кроме этого, использованы сведения, приведенные в В. Е. Ярынич, Оценка гарантии, М.: МГИМО, 1994; В. Ярынич, "Ядерные стратегии и фактор управления", Сегодня, 30 марта 1994 г., с 9; Steven J. Zaloga, "Russia's 'Doomsday' Machine", Jane's Intelligence Review, February 1996, pp. 54-56.
Следует отметить, что в начале 80-х годов советское руководство не исключало воз¬можности внезапного ядерного нападения со стороны США. См. например Anatoly Dobrynin, In Confidence, Times Books, 1995.
Следует отметить, что в тех немногочисленных случаях, когда Советский Союз осуще¬ствлял меры по приведению ядерных сил в состояние повышенной боеготовности, масштаб этих действий был ограничен н они не были обнаружены разведывательными средствами США. См. например Blair, The Logic of Accidental Nuclear War, The Brookings Institution, 1993, pp. 23-26.
Советский Союз в 70-х годах начал осуществление обширной программы, направленной на обеспечение возможности ответно-встречного удара. В 1982 г. СССР официально объявил о неприменении ядерного оружия первым. В то же время следует отметить, что это обязательство могло не означать отказа от варианта нанесения первого страте¬гического удара в ответ на использование противником тактического ядерного оружия, в частности в ответ на использование тактического оружия для поражения целей, нахо¬дящихся на территории СССР.
В основных положениях российской военной доктрины содержится следующее утвер¬ждение: "Преднамеренные действия агрессора, направленные на создание угрозы стра¬тегическим ядерным силам, системе предупреждения о ракетном нападении, атомным электростанциям и объектам атомной и химической промышленности, могут послужить факторами, увеличивающими вероятность перерастания конфликта, ведущегося с при¬менением обычных средств, в ядерный". Основные положения военной доктрины Рос¬сийской Федерации, Российские вести, 18 ноября 1993 г.
Создаваемый командный пункт, получивший обозначение "объект Белорецк-15", распо¬ложен в Башкирии, у поселка Татлы, в 35 км от г. Белорецк. Сооружения пункта нахо¬дятся в недрах горы Ямантау. М. Сафаров "...кому бункер", Комсомольская правда, 14 марта 1992 г., с. 2. Строительство этого объекта судя по всему до 1997 г. не было за¬вершено. В. Михеев, "Хочешь мира—рой бункеры", Известия, 3 апреля 1997 г., с. 3. В настоящее время эксплуатируется система "Периметр-РЦ", в состав которой входят ракеты, созданные на основе МБР комплекса "Тополь". Ранее в состав системы входили командные ракеты, созданные на основе ракет "Пионер" и MP УР-100. В. Паппо-Корыстин, В. Платонов, В. Пащенко, Днепровский ракетно-космический центр, Днепро¬петровск, ПО ЮМЗ, КБЮ, 1994, с. 105; Blair, Global Zero Alert, p. 52.
read comments (0)
Практически любой сценарий применения стратегических ядерных сил предпо¬лагает, что решению об их применении будет предшествовать серьезный между¬народный кризис, который может перейти в стадию вооруженного конфликта с применением обычных вооружений или тактического ядерного оружия. Соответ¬ственно, разработка планов применения стратегических сил и процедур, которые предполагается осуществить для нанесения стратегического удара, происходит в предположении о том, что у каждой из сторон будет существовать возможность приведения стратегических сил и системы боевого управления в состояние по¬вышенной или максимальной боевой готовности.
Единственным сценарием, которой не предполагает наличия такой возмож¬ности, является ситуация внезапного стратегического ядерного удара. Вероят-
ность неспровоцированного ядерного удара была предельно мала даже в то вре¬мя, когда отношения между Советским Союзом и США отличались наибольшей напряженностью.27 Тем не менее, структура стратегических сил, их операции, а также структура системы управления войсками построены таким образом, чтобы обеспечить возможность нанесения стратегического удара и в наиболее неблаго¬приятном случае внезапного ядерного нападения.
В случае, если развитие кризисной ситуации позволяет предположить, что существует возможность нанесения стратегического ядерного удара какой-либо из участвующих в конфликте сторон, стратегические силы могут быть приведе¬ны в состояние повышенной боевой готовности. Повышение степени боеготовно¬сти войск позволяет существенно увеличить выживаемость стратегических средств и устойчивость системы управления. В частности, в рамках повышения степени боеготовности могут быть осуществлены рассредоточение грунтовых и железнодорожных мобильных ракетных комплексов, выход в море находивших¬ся в порту подводных ракетоносцев, оснащение бомбардировщиков ядерным вооружением. Меры, направленные на повышение устойчивости системы управ¬ления, могут включать в себя активизацию запасных командных пунктов управ¬ления и резервных каналов связи, развертывание мобильных ретрансляторов, предназначенных для передачи команд на подводные лодки и бомбардировщики.
Существенным элементом повышения устойчивости системы управления бу¬дет являться установление связи военного руководства с руководством страны и ввод в действие механизма Верховного главнокомандования. Среди прочих мер на этом этапе должно быть обеспечено прибытие Верховного главнокомандую¬щего на центральный или запасной командный пункт и принятие им командова¬ния Вооруженными силами. Исполнительным органом Верховного главнокоман¬дования в этом случае будет являться Генеральный штаб. По всей видимости приведение войск в состояние повышенной боеготовности сопровождается пере¬водом системы боевого управления из дежурного в боевой режим. После пере¬вода в боевой режим система управления может быть использована Верховным главнокомандующим для отдания распоряжений, исполнение которых необходи¬мо для осуществления ядерного удара.
Определение необходимой степени боеготовности войск и осуществление конкретных мер, направленных на повышение боеготовности, должно произво¬диться на основе анализа конкретной ситуации и предварительно разработанных планов. Необходимо отметить, что приведение войск в состояние повышенной боеготовности представляет собой потенциально дестабилизирующий шаг, по¬скольку он может свидетельствовать о готовности использовать стратегические силы и в кризисной ситуации может привести к эскалации кризиса или кон¬фликта. По этой причине осуществление этих мер по всей видимости требует приказа Верховного главнокомандующего и должно приниматься после всесто¬роннего анализа возможных последствий такого шага. В то же время, возможно, что часть мер по повышению боеготовности войск может быть осуществлена по приказу Генерального штаба.28
В случае внезапного стратегического удара возможность повышения боего¬товности войск отсутствует. Соответственно, в случае необходимости осуществ¬ления стратегического удара все задачи будут решаться силами, находящимися в момент нападения на боевом дежурстве. Тем не менее, и в этом случае преду¬смотрены меры по рассредоточению войск, задача которых по всей видимости заключается в том, чтобы создать основу для резерва, который может быть ис¬пользован для нанесения ответного удара. Кроме этого, предпринимаемые в слу¬чае внезапного нападения меры, направленные на повышение устойчивости сис¬темы связи и боевого управления, позволяют увеличить вероятность нанесения ответного удара.
После того как стратегические силы приведены в состояние повышенной боевой готовности, соответствующее сложившейся ситуации, вопрос о необхо¬димости нанесения стратегического удара должен решаться в зависимости от конкретной обстановки и от того, как развивается кризис или конфликт. Основ¬ным вариантом применения стратегических сил, предусматривавшимся совет¬ской военной доктриной, было нанесение ответно-встречного удара. Это означа¬ет, что решение о необходимости применения ядерного оружия должно было быть принято только в ответ на нанесение ядерного удара по СССР.29 Ответно-встречный удар является также основным вариантом действий, предусмотренных российской военной доктриной. В то же время, положения военной доктрины России прямо предусматривают возможность нанесения первого удара. В частно¬сти, нанесение встречного удара может рассматриваться в качестве варианта от¬ветных действий в случае нанесения ударов по ключевым объектам системы предупреждения или системы боевого управления и связи.30
Таким образом, основным событием, которое определяет необходимость на¬несения стратегического ядерного удара, является начало нападения. Факт начала ядерного нападения определяется с помощью регистрации пусков баллистиче¬ских ракет, направленных на территорию страны. Система предупреждения о ракетном нападении обеспечивает регистрацию пусков МБР с территории США, а также пусков баллистических ракет морского базирования из некоторых рай¬онов мирового океана. Сигнал о регистрации пусков баллистических ракет, фор¬мируемый на командном пункте системы предупреждения, поступает на Цен¬тральный командный пункт ПВО и Центральный командный пункт Генерального штаба.
Сигнал формируемый космическим эшелоном СПРН по всей видимости должен быть подтвержден на Центральном командном пункте Войск ПВО и ЦКП Генерального штаба. Возможно, что в случае, если количество признаков нападе¬ния превышает некоторый предел, подтверждения сигнала не требуется и он автоматически передается в высшие звенья системы управления. Для оценки достоверности сигнала оперативные дежурные соответствующих командных пунктов используют всю имеющуюся в их распоряжении информацию, включая изображение, формируемое аппаратурой спутников. Кроме этого, информация о зарегистрированном событии поступает на терминалы "Крокус", находящиеся в распоряжении высшего военного руководства. На этих терминалах отображается информация о масштабе возможного нападения, а также о прогнозируемых рай¬онах падения боевых блоков. Эта информация может быть использована воен¬ным руководством для оценки достоверности сигнала и масштабов возможной угрозы.
Сигнал о регистрации пусков, ракет формируемый космическим эшелоном системы предупреждения, по всей видимости играет наиболее важную роль при внезапном нападении. В этом случае именно этот сигнал активизирует систему связи "Казбек", терминалы которой находятся в распоряжении Верховного глав¬нокомандующего, министра обороны и начальника Генерального штаба, и делает возможным перевод системы боевого управления из дежурного в боевой режим. Если перевод системы управления в боевой режим был произведен предвари¬тельно, то сигнал, формируемый спутниковой системой, может не играть такой существенной роли. В любом из вариантов, после получения сигнала о возмож¬ном нападении Верховный главнокомандующий, опираясь на рекомендации ми¬нистра обороны и начальника Генерального штаба, должен принять решение о дальнейших действиях. В случае внезапного нападения для установления сеанса связи между Верховным главнокомандующим и военным руководством, а также для передачи всех распоряжений и приказов главнокомандующего используется аппаратура системы связи "Казбек".
По всей видимости именно на этом этапе должно быть принято решение о приведении стратегических сил в состояние полной боевой готовности к осуще¬ствлению пуска носителей. В случае принятия такого решения Верховный глав¬нокомандующий отдает так называемую предварительную команду, исполнение которой является необходимым условием возможности осуществления стратеги¬ческого удара. В ходе исполнения предварительной команды происходит комму¬тация цепей системы боевого управления, в результате чего становится возмож¬ным прохождение основной команды на пуск стратегических носителей и раз¬решающих кодов, делающих возможным такой пуск. Следует отметить, что по всей видимости до момента прохождения предварительной команды выдача ко¬манды на пуск носителей невозможна.
В случае, если войска были предварительно приведены в состояние повы¬шенной боевой готовности, предварительная команда может быть выдана и в отсутствии сигнала от системы раннего предупреждения. В этом случае прохож¬дение предварительной команды, которая по прежнему может быть выдана толь¬ко Верховным главнокомандующим, может быть произведено в ходе осуществ¬ления мер по повышению степени боеготовности войск. Решение о заблаговре¬менной выдаче предварительной команды по всей видимости должно принимать¬ся на основе анализа конкретной ситуации. После прохождения предварительной команды дежурными сменами и расчетами всех уровней принимаются меры, направленные на то, чтобы обеспечить гарантированное выполнение основной команды на пуск в случае ее поступления.
Одной из особенностей созданной в Советском Союзе системы боевого управления стратегическими силами является то, что Верховный главнокоман¬дующий может осуществить выдачу приказа на пуск стратегических носителей и разрешающих кодов только в случае, если системой предупреждения сформиро¬ван сигнал "ракетное нападение". При отсутствии подобного сигнала выдача при¬каза на пуск стратегических носителей невозможна. По всей видимости такая схема была реализована в системе управления для того, чтобы максимально ис¬ключить возможность ошибки при принятии решения об осуществлении страте¬гического удара. В то же время, как будет показано ниже, эта схема не исключа¬ет возможности нанесения встречного удара.
Формирование сигнала "ракетное нападение" происходит после того, как сведения о пусках баллистических ракет, зафиксированных космическим эшело¬ном системы предупреждения, подтверждены радиолокационными станциями этой системы. Для Подтверждения информации об атаке радиолокационные станции должны обнаружить цели и сопровождать их в течение определенного времени. Поскольку космический эшелон системы предупреждения не обеспе¬чивает регистрации пусков ракет из всех возможных районов пуска, сигнал "ракетное нападение" может быть сформирован на основании только данных, предоставляемых радиолокационными станциями. Возможно, что в этом случае требования к надежности регистрации целей и времени их сопровождения не¬сколько более строгие нежели в случае, когда пуски ракет были предварительно зарегистрированы спутниковой системой.
Боевое дежурство представляет собой форму поддержания в боевой готовности войск, предназначенных для решения задач, предусмотренных планом операций стратегических сил. Первоочередная задача сил, несущих боевое дежурство, за¬ключается в обеспечении возможности нанесения противнику заданного ущерба в любых условиях. Решение этой задачи предполагает поддержание в высокой степени боеготовности значительной части стратегических носителей, постоян¬ную работу системы предупреждения, призванной обеспечить своевременное обнаружение нападения, а также поддержание системы боевого управления вой¬сками в состоянии, способном обеспечить гарантированное доведение приказа на осуществление стратегического удара.
Основу стратегических сил, постоянно находящихся в состоянии высшей боевой готовности, составляют ракетные комплексы шахтного базирования. Кроме этого, постоянное боевое дежурство несут мобильные ракетные комплек¬сы, часть которых находится на маршрутах боевого патрулирования, а часть — несет боевое дежурство в гарнизонах. Комплексы железнодорожного базирова¬ния в настоящее время несут боевое дежурство в пунктах базирования, периоди¬чески меняя пункт дислокации. Мобильные комплексы грунтового и железнодо¬рожного базирования могут быть рассредоточены по большей площади при при¬ведении войск в состояние повышенной боевой готовности.
Стратегические подводные ракетоносцы могут нести боевое дежурство либо совершая боевое патрулирование, либо находясь в порту в состоянии полной
готовности к пуску ракет. Боевое дежурство в пунктах базирования несут все ракетоносцы, не находящиеся на боевом патрулировании или на обслуживании. Планом операций стратегических сил предусматривается, что в угрожаемый пе¬риод все ракетоносцы должны будут покинуть пункты базирования и выйти на маршруты боевого патрулирования.
Стратегические бомбардировщики в нормальных условиях находятся в со¬стоянии с наименьшей боевой готовностью. В неугрожаемый период бомбарди¬ровщики, несущие боевое дежурство, не находятся в готовности к вылету. Сна¬ряжение бомбардировщиков ядерным вооружением осуществляется только в случае повышения степени боеготовности войск в угрожаемый период. В случае военных действий бомбардировщики не совершают боевого патрулирования в воздухе и максимальной степенью их боеготовности является положение дежур¬ства в полном снаряжении на взлетной полосе. В случае необходимости может быть произведено рассредоточение бомбардировщиков по запасным аэродромам.
Кроме стратегических наступательных средств, постоянное боевое дежурст¬во несут соединения и части, обеспечивающие обнаружение воздушного и ра¬кетного нападения —радиолокационные станции и спутники системы предупреж¬дения о ракетном нападении, а также корпус противоракетной обороны, радио¬технические и зенитно-ракетные войска.
Поскольку процедуры боевого дежурства стратегических сил и их действия в случае получения приказа на применение описаны в главах, посвященных от¬дельным составляющим стратегических сил, в этой главе основное внимание уде¬лено работе системы связи и боевого управления войсками, которая предназна¬чена для обеспечения управления стратегическими силами и доведения приказа на применение ядерного оружия до исполнителей.
Наряду с задачей обеспечения гарантированного доведения приказа на при¬менение ядерного оружия система управления должна решать не менее важную задачу предотвращения случайного или несанкционированного использования стратегических носителей. Требования по обеспечению управляемости стратеги¬ческих сил и исключению возможности несанкционированного пуска удовлетво¬ряются с помощью специально разработанной архитектуры системы боевого управления. В нормальном состоянии система связи и боевого управления нахо¬дится в дежурном режиме, который исключает возможность выдачи приказа на применение ядерных сил. В этом режиме цепи боевого управления, служащие для передачи приказа и разрешающих кодов, делающих возможным пуск носи¬телей и взведение систем подрыва ядерных боезарядов, находятся в нескоммути-рованном состоянии. Такое построение системы управления обеспечивает не¬возможность случайного прохождения команды на пуск или выдачи несанкцио¬нированной команды.
Планирование операций стратегических сил включает в себя определение кон¬кретных вариантов применения стратегических сил, перечня целей, поражение которых предусматривается в каждом из вариантов, а также сил и средств, кото¬рые предполагается задействовать для нанесения удара. В основе плана операций лежат сформулированные в военной доктрине государства положения, которые находят свое конкретное воплощение в установках, выдаваемых стратегическим силам. В то же время, при разработке плана операций учитываются реальные возможности стратегических сил, которые таким образом могут существенным образом влиять как на способы применения стратегических сил, так и на поло¬жения военной доктрины.
Выбор целей, подлежащих поражению в ходе стратегического удара, опреде¬ляется задачами, которые призваны решать стратегические силы в каждом из возможных вариантов их применения. В результате, варианты применения стра¬тегических сил —встречный, ответно-встречный, ответный удар — различаются как по характеру поражаемых целей, так и по составу используемых средств. Некоторые варианты могут предусматривать нанесение ограниченного удара, в котором принимает участие только часть имеющихся стратегических средств.
Стратегические средства, которые предполагается использовать для нанесе¬ния удара, различаются по целому ряду показателей, в числе которых — степень боеготовности, уязвимость, возможность оперативного перенацеливания, а также контрсиловой потенциал, т.е. способность поражать высокозащищенные мало¬размерные цели. Все эти факторы должны учитываться при определении воз¬можности использования стратегических носителей для поражения выбранных целей.
При определении перечня целей, которые подлежат поражению в рамках различных вариантов применения стратегических сил, все возможные цели под¬разделяются на несколько категорий — ядерные силы (включая объекты по про¬изводству ядерного оружия), прочие военные объекты, политико-административ-
ные центры, военно-промышленные объекты. Внутри этих категорий выделяют¬ся первоочередные цели, к которым по всей видимости относятся шахтные пус¬ковые установки баллистических ракет, ключевые командные центры и объекты системы связи и боевого управления войсками.
Для поражения конкретной цели необходимо обеспечить доставку к ней оп¬ределенного количества боезарядов, мощность и точность доставки которых обеспечивает заданную вероятность поражения. Эта вероятность зависит от множества факторов, в числе которых основную роль играют характеристики цели (размеры, наличие информации о местоположении объекта, его защищен¬ность), количество доставленных к цели боевых блоков, а также мощность бое¬зарядов и точность их доставки.
Защищенность объекта как правило выражается с помощью избыточного давления, создание которого приводит к его уничтожению или выводу из строя.21 Защищенность большинства городских сооружений составляет примерно 0.3 атм, защищенность укрепленных шахтных пусковых установок и командных центров может достигать или превышать 100 атм. При рассмотрении воздействия ядерно¬го взрыва на объект как правило вводят понятие радиуса поражения, который зависит как от защищенности объекта, так и от мощности боезаряда.
Вероятность того, что отклонение точки доставки боезаряда от точки прице¬ливания не будет превышать радиуса поражения цели, определяется точностью доставки. Распределение отклонения боезаряда от точки прицеливания подчиня¬ется нормальному круговому распределению, которое обычно описывается с по¬мощью кругового вероятного отклонения (КВО). Эта величина представляет со¬бой радиус круга, внутрь которого боеголовка попадает с вероятностью 50%. Иногда для описания точности доставки заряда используют предельное отклоне¬ние, которое в 2.3 раза превышает КВО. Вероятность того, что боеголовка попа¬дет внутрь круга, радиус которого равен величине предельного отклонения со¬ставляет 99%.
Соотношение между радиусом поражения цели и предельным отклонением, характеризующим точность средства доставки, определяет количество боезаря¬дов, необходимых для поражения защищенной цели. С ухудшением точности количество боезарядов, необходимых для поражения укрепленной цели, растет очень быстро.24 Отсутствие точности может быть до определенной степени ском¬пенсировано увеличением мощности боезаряда, однако такой подход в случае недостаточно точных средств доставки приводит к необходимости использования зарядов очень большой мощности.25
При поражении низкозащищенных площадных целей точность доставки бое¬заряда играет гораздо менее существенную роль. В этом случае в качестве пока¬зателя, характеризующего поражающую способность боезаряда, может быть ис¬пользована площадь поражения, в пределах которой создается избыточное дав¬ление, способное вызвать уничтожение объектов. Для увеличения площади по¬ражения, необходимого, например, при атаке районов патрулирования мобиль¬ных ракет наземного базирования, вместо одного боезаряда большой мощности могут быть использованы несколько менее мощных боезарядов.
Наряду с определением перечня целей и количества и мощности зарядов, необходимых для их поражения, в ходе планирования стратегического удара сле¬дует также учитывать ряд дополнительных обстоятельств. Так например, необхо¬димо обеспечить согласование времени поражения целей с учетом времени, тре¬бующегося для доставки боезарядов различными средствами. Кроме этого, может существовать необходимость выделения специальных средств, предназначенных для подавления обороны противника.
Разработанный с учетом всех предъявляемых к стратегическим силам требо¬ваний план сводится в единый план операций стратегических ядерных сил, кото-
рый служит основанием для постановки задачи перед различными компонентами стратегических сил и в конечном итоге —для разработки полетных заданий кон¬кретных носителей. В плане операций определяются конкретные цели для нане¬сения ядерных ударов и возможные их сочетания, соответствующие различным вариантам применения стратегических сил. Центральную роль в разработке пла¬на операций, по-видимому, играет Главное оперативное управление Генерального штаба, которое привлекает к этой работе специализированные институты Мини¬стерства обороны, а также оперативные управления Главных штабов видов Воо¬руженных сил.
План операций стратегических ядерных сил в рамках каждого из разрабо¬танных вариантов стратегического удара назначает каждому из видов Вооружен¬ных сил принимающих участие в нанесении стратегического удара перечень за¬дач по поражению определенного набора целей. На основе этого плана опера¬тивные управления Главных штабов видов Вооруженных сил совместно с Гене¬ральным штабом планируют наряд сил — по типам и количеству носителей — кото¬рый предназначается для решения задач в рамках каждого из утвержденных ва¬риантов операций.
Исходя из требований плана операций виды Вооруженных сил осуществляют разработку заданий для входящих в их состав объединений. В задачу оператив¬ных управлений Главных штабов по всей видимости также входит координация деятельности по разработке полетных заданий для носителей ядерного оружия. Объединения, входящие в состав стратегических ядерных сил—ракетные армии, флоты, стратегические воздушные армии,— в свою очередь несут ответствен¬ность за обеспечение поддержания в боеготовом состоянии заданного количества носителей, обеспечивающего выполнение поставленной перед ними задачи. Ис¬ходя из требования обеспечения заданного уровня боеготовности, объединения стратегических сил осуществляют разработку плана боевого дежурства входящих в их состав соединений и частей, а также графиков проведения регламентных и ремонтных работ.
После получения сигнала "ракетное нападение" Верховный главнокоман¬дующий должен принять решение о нанесении стратегического удара и кон¬кретном варианте, в соответствии с которым будет наносится удар. При приня¬тии решения главнокомандующий опирается на рекомендации министра оборо¬ны и начальника Генерального штаба. Для оценки масштабов нападения исполь¬зуется информация, предоставляемая системой предупреждения, которая позво¬ляет делать заключения о количестве атакующих ракет и основных районах, под¬вергшихся нападению. В случае, если в момент принятия решения о нанесении стратегического удара Верховный главнокомандующий не находится на одном из
3 — 4369
командных пунктов высшего звена управления, он использует для передачи при¬каза находящийся у него в распоряжении терминал командной системы "Каз¬бек". Приказ главнокомандующего передается на Центральный командный пункт Генерального штаба, который формирует окончательный приказ, передаваемый по цепям боевого управления к стратегическим носителям. Этот приказ, в состав которого входит уникальный код, позволяющий подтвердить его аутентичность, а также код выбранного варианта действий и разблокирующие коды, поступает по цепи системы боевого управления и многократно дублированным каналам связи к пусковым установкам ракет и ретрансляторам, обеспечивающим передачу приказа и разрешающих кодов подводным ракетоносцам и бомбардировщикам.
Для нанесения встречного удара сигнал "ракетное нападение", необходимый для выдачи команды на пуск носителей, должен быть сформирован на Централь¬ном командном пункте. В случае принятия решения о нанесении встречного уда¬ра Верховный главнокомандующий и министр обороны отдают распоряжение о формировании такого сигнала. Основной характерной чертой этой схемы являет¬ся то, что она, не исключая возможности нанесения первого удара, позволяет военному руководству не допустить ситуации, в которой решение о его нанесе¬нии будет принято Верховным главнокомандующим единолично.
Реализация ответно-встречного удара предъявляет исключительно высокие требования как к боеготовности войск, так и к устойчивости и надежности сис¬темы управления. В случае внезапного нападения время, имеющееся в распоря¬жении высшего руководства страны для проведения оценки ситуации и принятия решения об ответных действиях, очень ограничено и не превышает нескольких минут. Возможность нанесения ответно-встречного или ответного удара может быть поставлена под угрозу в случае, если на ранних этапах нападения будут подвергнуты атаке ключевые объекты системы связи и управления. Высокая степень централизации принятия решения, являющаяся характерной чертой соз¬данной в Советском Союзе системы управления, также может поставить под во¬прос осуществление ответно-встречного или ответного удара в случае, если Цен¬тральный командный пункт и высшее руководство будут уничтожены.
Для того чтобы обеспечить гарантированное нанесение ответного удара, в системе боевого управления предусмотрена возможность осуществления выдачи приказа на применение ядерного оружия и разрешающих кодов в отсутствии непосредственной санкции Верховного главнокомандующего. Для того чтобы такая возможность была реализована необходимо выполнение нескольких усло¬вий. Во-первых, аппаратура системы боевого управления должна подтвердить отсутствие связи с Верховным главнокомандующим. Во-вторых, система иденти¬фикации ядерного нападения должна зарегистрировать ядерные взрывы на тер¬ритории страны. В состав этой системы по всей видимости входят различные датчики, позволяющие фиксировать сейсмические сигналы и другие эффекты, сопровождающие ядерные взрывы. Третье необходимое условие заключается в наличии на Центральном или запасном командном пункте высшего звена управ¬ления предварительной санкции Верховного главнокомандующего на реализацию такого варианта ответного удара. Подобная санкция по всей видимости должна быть выдана на достаточно ранних стадиях конфликта, скорее всего одновремен¬но с выдачей предварительной команды, приводящей стратегические силы в со¬стояние максимальной боеготовности. В случае выполнения всех этих условий Центральный командный пункт или запасной командный пункт высшего звена управления могут осуществить пуск стратегических носителей, используя собст¬венные разрешающие коды.
Проблема уязвимости Центрального командного пункта и высшего руково¬дства также решается с помощью развертывания сети запасных командных пунктов высшего звена управления, которые в случае необходимости смогут
осуществить нанесение ответного удара. В частности, в угрожаемый период мо¬гут быть развернуты мобильные командные пункты воздушного и железнодо¬рожного базирования. При наличии времени члены высшего руководства могут перейти в защищенный Центральный командный пункт, расположенный в Под¬московье.
Кроме этого, в середине 70-х годов в СССР было начато строительство еще одного запасного стационарного командного пункта Генерального штаба —так называемого КП абсолютной защищенности. Расположенный в толще горного массива, этот командный пункт должен был обеспечивать возможность управле¬ния стратегическими силами в случае уничтожения основных пунктов управле¬ния.31 Вполне возможно, что именно этот командный пункт должен был осущест¬вить меры по нанесению ответного удара в случае уничтожения высшего руко¬водства.
Кроме обеспечения возможности выдачи приказа на применение стратеги¬ческих сил, система боевого управления должна предусматривать возможность доведения этого приказа до носителей ядерного оружия. Наличие надежной свя¬зи наиболее серьезным образом влияет на возможность нанесения ответного удара, так как в этом случае основные узлы системы управления и линии комму¬никации должны будут продолжать работу в условиях воздействия на них ядер¬ных средств противника. В то же время, существует значительная вероятность того, что поражение объектов системы управления, которые будут в числе пер¬воочередных объектов нападения, сможет поставить под вопрос и нанесение от¬ветно-встречного удара.
Устойчивость системы связи обеспечивается с помощью многократного дуб¬лирования каналов связи и использования для передачи приказов различных средств и диапазонов. Устойчивость системы связи также может быть значитель¬но повышена за счет использования спутниковых каналов связи, а также за счет развертывания мобильных ретрансляторов, в том числе ретрансляторов воздуш¬ного базирования, которые могут избежать поражения в ходе нападения и смогут обеспечить передачу сигнала на применение и разрешающих кодов на пусковые установки МБР, подводные лодки и стратегические бомбардировщики.
Одним из резервных каналов связи является система "Периметр", интегри¬рованная в систему боевого управления.32 В состав системы "Периметр" входят командные ракеты, которые предназначены для передачи команд непосредст¬венно на пусковые установки стратегических ракет. После получения соответст¬вующей команды командные ракеты осуществляют старт и в течение своего по¬лета над позиционными районами баллистических ракет, который продолжается от 20 до 50 минут, осуществляют непрерывную передачу приказа на пуск и раз¬решающих кодов. Получение такого сигнала делает возможным пуск носителей даже в том случае, если все остальные линии коммуникации пусковой установки с внешним миром нарушены. Насколько можно судить, существует возможность автоматического осуществления пуска шахтных баллистических ракет, не тре¬бующая участия дежурной смены полкового командного пункта. По всей види¬мости сигнал с командных ракет системы "Периметр" может также приниматься ретрансляторами, осуществляющими передачу команд на подводные лодки и бомбардировщики, а также непосредственно подводными лодками и бомбарди¬ровщиками.
Особенностью системы "Периметр" является возможность заблаговременно¬го запуска боевого алгоритма работы. При проектировании системы предполага¬лось, что команда на начало работы системы может быть выдана Верховным главнокомандующим после получения сигнала о первых признаках ракетного нападения. Согласно первоначальному замыслу, в случае, если в течение опреде¬ленного времени командный пункт системы "Периметр" не получает приказа на
остановку боевого алгоритма, пуск командных ракет и передача приказа на осу¬ществление ответного удара осуществляются автоматически. Такая схема работы должна была обеспечить гарантированное нанесение ответного удара в случае уничтожения высшего руководства и в то же время предоставляла бы возмож¬ность отмены приказа в случае, если сигнал о ракетном нападении оказался бы ложным.
Насколько можно судить, система "Периметр" не была развернута в вариан¬те, который предусматривает возможность полуавтоматического запуска команд¬ных ракет. При принятии решения о развертывании системы было сочтено, что существует вероятность того, что работа боевого алгоритма не сможет быть ос¬тановлена и соответственно работа системы в полуавтоматическом режиме явля¬ется потенциально опасной. В настоящее время предполагается, что система "Периметр" должна выполнять роль резервного канала связи и пуск командных ракет будет производиться либо с Центрального командного пункта, либо с одно¬го из запасных командных пунктов в соответствии с обычной процедурой, пре¬дусмотренной для ответного удара. Возможно, что обеспечение гарантированного пуска командных ракет системы "Периметр" было одной из задач, которые дол¬жен был решать командный пункт абсолютной защищенности.
Поскольку основная задача первого удара состоит в поражении стратегиче¬ских сил противника, используемые в таком ударе средства должны прежде все¬го обладать высоким противосиловым потенциалом, т.е. способностью эффектив¬но поражать высокозащищенные объекты — шахтные пусковые установки, ко¬мандные центры. Эта способность достигается с помощью высокой точности средств доставки и мощности их боевых блоков.
Несмотря на то, что нанесение первого удара дает возможность наиболее полно использовать возможности стратегических сил, выбор этого варианта их применения означает сознательную эскалацию конфликта или кризисной ситуа¬ции до уровня обмена стратегическими ядерными ударами. Кроме очевидных проблем, связанных с необратимостью такого решения и его катастрофическими последствиями, необходимо учитывать, что подвергшаяся нападению сторона сможет осуществить ответный удар, мощность которого будет достаточной для нанесения нападавшей стороне значительного ущерба. Нанесение первого про¬тивосилового удара может иметь смысл только в том случае, если достижение стратегических целей такого удара оправдывает тот ущерб, который будет нане¬сен нападающей стороне в ответном ударе. В случае, если стратегические силы сторон способны в ответном ударе нанести заведомо неприемлемый ущерб, осу¬ществление первого разоружающего удара оказывается неоправданным практи¬чески ни при каких условиях.
В отличие от первого разоружающего удара, нанесение встречного удара, за¬дача которого состоит в том, чтобы минимизировать ущерб от неминуемого на¬падения, может при некоторых условиях выглядеть оправданной стратегией. В частности, встречный удар может быть оправдан в случае, если существуют ос¬нования полагать, что противник планирует разоружающий удар, результат ко¬торого способен поставить под вопрос возможность нанесения неприемлемого ущерба в ответном ударе. Основная проблема, возникающая при рассмотрении целесообразности нанесения встречного удара, заключается в крайней ненадеж¬ности информации о подготовке стратегического удара и высокой вероятности неправильной интерпретации действий и намерений противоположной стороны. Тем не менее, в определенных условиях могут существовать дополнительные свидетельства, которые могут быть интерпретированы как намерение противни¬ка осуществить стратегическое нападение. Например, решение о нанесении встречного удара может быть принято в случае, если в ходе локального военного конфликта (с участием неядерных сил или тактических ядерных средств) созда¬ется реальная угроза уничтожения командной структуры стратегических сил или угроза потери значительного числа стратегических средств (как наступательных так и оборонительных). В этой ситуации действия, направленные на поражение командной структуры и стратегических носителей, могут быть расценены как свидетельство подготовки противника к нанесению первого разоружающего уда¬ра.
Вариант ответно-встречного удара позволяет обороняющейся стороне избе¬жать поражения своих стратегических сил и таким образом лишает нападающую сторону преимущества первого удара. Поскольку в ходе ответно-встречного уда¬ра пуск стратегических носителей происходит до того, как удар противника дос¬тигает цели, для реализации ответно-встречного удара могут быть задействованы
практически все стратегические силы. В то же время, в варианте ответно-встреч¬ного удара, в отличие от встречного, решение о применении ядерных сил будет опираться на реальный факт начала ядерного нападения, зафиксированный сис¬темой предупреждения, а не на заметно менее надежные косвенные признаки подготовки нападения.
Реализация ответно-встречного удара предъявляет очень высокие требования к системе управления стратегическими силами. Для обнаружения нападения не¬обходима постоянно работающая система предупреждения, которая может на¬дежно зафиксировать начало ядерного удара. После регистрации нападения должна быть проведена оценка достоверности полученной информации и опре¬делен масштаб удара. Затем на уровне политического руководства должно быть принято решение о нанесении ответно-встречного удара, после принятия реше¬ния должны быть сформированы и переданы в войска команды на пуск страте¬гических носителей, сами носители должны стартовать и уйти из зоны действия ядерных взрывов в позиционных районах. Время, в течение которого подверг¬шаяся нападению сторона должна осуществить все эти действия, очень ограни¬чено. В случае если для нанесения первого удара будут использованы межконти¬нентальные баллистические ракеты наземного базирования, в распоряжении подвергшейся нападению стороны будет находиться не более 30 минут. С учетом времени, необходимого для обнаружения нападения и передачи приказа на пуск стратегических носителей, на принятие решения о нанесении ответно-встречного удара у политического руководства будет не более 8-10 минут.
Ограниченное время, отпущенное на принятие решения, значительно услож¬няет реализацию ответно-встречного, удара. Кроме того, нападающая сторона может предпринять ряд мер, направленных на то, чтобы усложнить или полно¬стью исключить применение стратегических сил в ответно-встречном ударе. К таким мерам может быть отнесено первоочередное поражение командных пунк¬тов, линий коммуникации и основных компонентов стратегических сил с помо¬щью средств, которые либо не могут быть обнаружены системой предупрежде¬ния, либо в силу своего малого подлетного времени не оставляют времени на проведение необходимых действий. К таким средствам могут быть отнесены бал¬листические ракеты морского базирования, крылатые ракеты морского и воз¬душного базирования. Для нанесения предварительного удара по ключевым объ¬ектам могут быть использованы и неядерные средства.
Таким образом, возможность реализации ответно-встречного удара не может считаться гарантированной даже в том случае, если существует техническая воз¬можность его осуществления. В случае невозможности осуществления ответно-встречного удара применение стратегических сил будет происходить в условиях ответного удара, т.е. пуск стратегических носителей будет производиться после того, как носители и система боевого управления подверглись воздействию ядер¬ных средств противника. Вариант ответного удара является наименее благопри¬ятным для подвергшейся нападению стороны и поэтому именно в предположе¬нии о необходимости обеспечения ответного удара формулируются требования к количественному составу стратегических сил, способам базирования стратегиче¬ских носителей и их живучести, устойчивости системы боевого управления вой¬сками.
Возможность нанесения ответного удара достигается прежде всего с помо¬щью обеспечения неуязвимости стратегических носителей и повышения их ус¬тойчивости по отношению к поражающим факторам ядерного взрыва. Особую роль в обеспечении возможности проведения ответного удара играет создание устойчивой системы связи и боевого управления стратегическими силами, спо¬собной функционировать в условиях ядерного нападения. Неуязвимость носите¬лей может быть обеспечена с помощью их скрытности и мобильности, затруд-
няющих или делающих невозможным определение их местонахождения. Так, скрытность ракетных подводных лодок, находящихся на боевом патрулировании в море, делает их уничтожение практически невозможным. Неопределенность местоположения мобильных ракетных комплексов наземного базирования, нахо¬дящихся на маршрутах боевого патрулирования, также значительно затрудняет задачу их уничтожения. Обеспечение выживаемости баллистических ракет шахтного базирования производится с помощью повышения устойчивости ра¬кетных комплексов по отношению к поражающим факторам ядерного взрыва.
Требования к точности доставки и мощности боезарядов стратегических средств, участвующих в осуществлении ответного или ответно-встречного удара, не так высоки, как в случае первого удара. К моменту обнаружения нападения значительная часть стратегических военных объектов уже задействована и их уничтожение не повлияет на размеры ущерба, который может быть нанесен противником. Основной задачей ответного или ответно-встречного удара являет¬ся нанесение противнику заданного ущерба. В связи с этим основной удар дол¬жен наноситься по так называемым ценностным объектам —военно-промышлен¬ным и политико-административным центрам. В то же время, необходимо учиты¬вать, что в первом ударе противника может быть задействована только часть его стратегических сил и следовательно в задачу ответного удара должно входить и поражение военных объектов. Соответственно, мощность боезарядов и точность средств доставки используемых для нанесения ответного удара также могут иг¬рать определенную роль.
Определяющее свойство стратегических сил заключается в их способности обес¬печивать достижение стратегических целей, то есть таких результатов военных действий, которые ведут к коренному изменению военно-политической и страте¬гической обстановки. Масштаб ущерба, который могут нанести стратегические ядерные силы в случае их применения, обуславливает особую роль, которая от¬водится стратегическим силам при формировании военной доктрины государст¬ва. Так, кроме задачи нанесения ущерба в ходе военных действий, перед страте¬гическими силами ставится задача предотвращения возникновения вооруженного конфликта или недопущения перерастания ограниченного конфликта (неядер¬ного или с применением тактического ядерного оружия) в фазу с применением стратегического ядерного оружия.
Предотвращение вооруженных конфликтов с помощью угрозы применения ядерного оружия представляет собой основу политики ядерного сдерживания. Осуществление сдерживания предполагает готовность к применению стратегиче¬ских ядерных сил для достижения стратегических целей конфликта. Такая готов¬ность означает, что любой конфликт с участием обладающего ядерным оружием государства независимо от его первоначальных масштабов может при опреде¬ленных условиях перерасти в фазу с использованием стратегических ядерных сил. Поскольку, как уже отмечалось, масштабы ущерба, который способны на¬нести стратегические ядерные силы, исключительно велики, угроза их примене¬ния может предотвратить агрессивные действия в отношении обладающего ядер¬ным оружием государства.
Эффективность ядерного сдерживания зависит от характера сдерживаемой угрозы и возможностей стратегических сил по противостоянию этой угрозе. Требования, предъявляемые к стратегическим силам, исходят из того, что их пер¬воочередная задача состоит в предотвращении стратегического ядерного нападе¬ния. Это означает, что стратегические силы должны выполнить свою задачу в любых условиях, в том числе и в случае, если они понесли потери в результате применения противником стратегических ядер ных средств. Для обеспечения эффективного сдерживания стратегические ядерные силы даже в этой ситуации должны обеспечить возможность нанесения противнику неприемлемого для него ущерба.
Уровень неприемлемого ущерба зависит от конкретных условий конфликта, его масштаба и соотношения ущерба со стратегическими целями, достижение которых является конечным результатом конфликта или военных действий. Не¬определенность в определении уровня неприемлемого ущерба означает, что стратегические силы строятся исходя из необходимости нанесения некоторого "заданного" ущерба, уровень которого будет признан противником неприемле¬мым при любых обстоятельствах.
Возможность сдерживания угрозы стратегического ядерного нападения явля¬ется важнейшим, но не единственным требованием, предъявляемым к стратеги¬ческим силам. Осуществление эффективного сдерживания конфликтов разного уровня подразумевает наличие возможности применения ядерных сил в самых различных условиях и в соответствии с широким набором сценариев. Это, в ча¬стности, означает необходимость осуществления контроля за использованием стратегических сил на всех стадиях конфликта, наличие возможности гибкого использования и эшелонирования стратегических сил.
Сценарии применения стратегических ядерных сил можно подразделить на три основные категории —встречный (или первый) удар, ответно-встречный и ответный удар. При использовании стратегических сил для нанесения встречного удара пуск стратегических носителей производится до того как противник нане¬сет начнет осуществление стратегического удара. В ответно-встречном ударе пуск носителей производится после начала нападения противника, но до того как удар нападения достиг цели (позиционных районов ракет, стратегических раке¬тоносцев, бомбардировщиков, командных центров). Ответный удар наносится после того как боевые блоки противника достигли целей.
Поскольку вариант ответного удара предъявляет наиболее жесткие требова¬ния к стратегическим силам, требования к их структуре и к характеристикам стратегических систем и системы боевого управления войсками как правило вы¬рабатываются в предположении о реализации именно этого варианта. Такой под¬ход в полной мере соответствует решению основной задачи, возлагаемой на стратегические силы — осуществления эффективного сдерживания. В то же вре¬мя, поскольку выбор варианта применения стратегических сил в очень сильной степени зависит от конкретной обстановки, в которой будет приниматься реше¬ние об их использовании, возможность использования стратегических сил в сце¬нариях встречного и ответно-встречного удара может предоставить более широ¬кие возможности по влиянию на ход конфликта или кризисной ситуации.
Необходимо отметить, что практически все возможные варианты использо¬вания стратегических ядерных сил предполагают, что их применению будет предшествовать серьезный международный кризис и, возможно, военный кон¬фликт в ходе которого возможно использование как обычных вооружений так и тактического ядерного оружия. Вероятность абсолютно внезапного стратегиче¬ского удара как правило считается предельно малой, хотя судя по всему в период холодной войны возможность такого удара принималась во внимание при опре¬делении требований к стратегическим силам. Таким образом при рассмотрении различных сценариев применения стратегических сил необходимо иметь в виду, что выбор того или иного варианта будет производиться в контексте конкретной ситуации, с учетом наличия реальных противоречий, вызвавших кризис или во¬енный конфликт.
Решение о нанесении встречного удара предполагает наличие информации о том, что стратегическое нападение противника неминуемо, несмотря на то, что реальный пуск носителей еще не произведен. В этой ситуации нанесение удара по стратегическим средствам противника позволяет рассчитывать на минимиза¬цию ущерба, который способны нанести его стратегические силы в подготавли¬ваемом ударе. Наличие информации о готовящемся нападении теоретически от-
личает сценарий встречного удара от варианта первого противосилового удара, задача которого состоит не в минимизации ущерба от готовящегося нападения, а в лишении противника возможности осуществить стратегический удар. В то же время, грань между встречным и первым противосиловым ударом весьма услов¬на. О подготовке нападения в этом случае можно судить лишь по косвенным признакам, совокупность которых не гарантирует надежности информации о том, что нападение неминуемо.
Принципы применения Вооруженных сил в общем виде формулируются в воен¬ной доктрине, которая представляет собой систему принятых в государстве взглядов на способы, сущность и характер войны, способы ее предотвращения и принципы ведения военных действий. Основные положения военной доктрины находят свое выражение в государственной политике в области военного строи¬тельства, а также в конкретных планах применения вооруженных сил.
Принципы, в соответствии с которыми строится политика в области приме¬нения стратегических ядерных сил, представляют собой важнейшую часть воен¬ной доктрины. Эти принципы находят свое конкретное выражение в том, какая роль отводится стратегическим силам в обеспечении безопасности государства, в том, каким образом происходит планирование применения стратегических сил, выбор вариантов применения и формулировка условий, в которых государство будет готово применить свои стратегические силы. Общие принципы примене¬ния стратегических сил находят свое отражение в требованиях, которые предъ¬являются к их составу и техническим характеристикам боезарядов и средств дос¬тавки, а также в практике несения боевого дежурства.
Формирование военной и военно-технической политики неразрывно связано с процессом разработки и создания новых вооружений. В существовавшем в Со¬ветском Союзе механизме принятия решений в этой области ключевые решения, касавшиеся основных направлений развития стратегических сил и стратегии их применения, как правило принимались в ходе выработки требований к новым системам, рассмотрения вопросов о целесообразности разработки конкретных систем вооружений и организации их серийного производства.
Процесс создания новых систем вооружений как правило состоит из не¬скольких основных этапов — проведение научно-исследовательских работ (НИР), разработка аванпроекта, опытно-конструкторские работы (ОКР), принятие ком¬плекса на вооружение, его серийное производство и эксплуатация.
В Советском Союзе научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы велись в соответствии со специальным планом —"Программой вооруже¬ний". Эта программа принималась каждые пять лет и содержала план проведения НИР, поисковых и опытно-конструкторских работ на ближайшие пять лет и ос¬новные направления работ на десятилетний период. Подготовка программы осу¬ществлялась Военно-промышленной комиссией, сводившей воедино предложения министерств и входивших в их состав институтов и конструкторских бюро по проведению НИР, а также ранее принятые решения о проведении НИР и ОКР.
Решение о включении в программу вооружений того или иного направления научно-исследовательских работ как правило принималось Военно-промышлен¬ной комиссией. В ряде случаев, при рассмотрении вопросов, определявших стра¬тегию развития вооружений, решение о создании комиссии и окончательное ре¬шение о проведении научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ принимались Политбюро.
При проведении научно-исследовательских работ формировались основные характеристики будущей системы, проводилась разработка одного или несколь¬ких предэскизных проектов. Как правило на этой стадии происходила выработка технического задания на разработку аванпроекта системы. Техническое задание разрабатывалось заказчиком, в качестве которого выступал один из научно-исследовательских институтов того вида Вооруженных сил, для которого предна¬значалась система. Выработку технического задания на отдельные компоненты создаваемых комплексов осуществляли специализированные институты видов Вооруженных сил. В ряде случаев —при разработке требований к ядерным бое¬зарядам, создании систем боевого управления и связи —в роли заказчика высту¬пали институты управлений Министерства обороны.
В ходе выработки технического задания разработчики и представители воен¬ных проводили уточнение предполагаемых характеристик разрабатываемой сис¬темы и определяли круг задач, которые должны быть решены на этапе разработ¬ки аванпроекта. Иногда разработчики представляли свои предложения по разра¬ботке аванпроекта без технического задания Министерства обороны.
Предложения разработчиков о начале работы над аванпроектом поступали в Военно-промышленную комиссию. Решение о начале этого этапа работ принима¬лось ВПК и не требовало принятия специального правительственного постанов¬ления. В ходе работы над аванпроектом происходила детальная проработка про¬екта, определялись соразработчики системы и готовились предложения об орга¬низации работ по ее созданию. На этом этапе также формировались тактико-технические требования на разрабатываемую систему. Выработку этих требова¬ний осуществляли институты Министерства обороны, которые в ходе этой рабо¬ты высказывали разработчикам свои замечания и предложения по проекту.
После окончания работ над аванпроектом должно было быть принято реше¬ние о проведении опытно-конструкторских работ. Разработанный проект посту¬пал в Военно-промышленную комиссию в сопровождении заключений головных институтов соответствующих управлений Министерства обороны. Военно-промышленная комиссия при рассмотрении вопроса о целесообразности начала работ над созданием системы могла создать специальную комиссию, к участию в которой привлекались отраслевые и военные институты, а также Академия наук. После того как принципиальное решение о начале опытно-конструкторской раз¬работки было принято Военно-промышленная комиссия совместно с отделом оборонной промышленности ЦК КПСС готовила проект необходимого для нача¬ла работ совместного постановления ЦК и Совета Министров.
Для начала опытно-конструкторских работ по созданию системы вооруже¬ний требовалось специальное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, в котором определялись сроки проведения работ, назначались головные
разработчики и формулировались поручения по обеспечению проведения рабо¬ты. При осуществлении масштабных проектов в ходе работы могли меняться требования к системе или сроки проведения некоторых этапов работ. В этом случае принималось новое постановление, вносящее необходимые изменения в первоначальные планы.
В целом ход опытно-конструкторских работ включал в себя следующие эта¬пы: разработка эскизного проекта, разработка технического проекта и конструк¬торской документации, создание и экспериментальная отработка компонентов системы, совместные испытания, изготовление серийных образцов и войсковая эксплуатация системы.
На этапе эскизного проектирования происходило предварительное определе¬ние конфигурации системы, уточнение ее состава, выработка, анализ и отбор технических вариантов, предварительная разработка технологического обеспече¬ния. На этапе технического проектирования и подготовки конструкторской до¬кументации происходило окончательное определение конфигурации системы, детальная проработка всех ее компонентов и разрабатывался полный комплект рабочей и эксплуатационной документации. По разработанной рабочей докумен¬тации происходило изготовление опытных образцов и компонентов системы, ко¬торые если это необходимо проходили через отдельные испытания.
По результатам испытаний компонентов системы принималось решение о проведении испытаний всей системы. Принятие решения о готовности системы к проведению испытаний, а также контроль за их проведением и оценка результа¬тов находились в исключительном ведении специально создававшейся Государст¬венной комиссии. Комиссия по проведению испытаний формировалась Военно-промышленной комиссией в соответствии с постановлением о разработке ком¬плекса (проведении опытно-конструкторских работ). В ряде случаев могли быть созданы дополнительные государственные комиссии по проведению испытаний отдельных компонентов системы. Так например, при создании стратегических ракетоносцев с новыми ракетными комплексами, создавалась отдельная комис¬сия по проведению испытаний подводной лодки.
Государственную комиссию по проведению испытаний как правило возглав¬лял представитель головного института Министерства обороны. В некоторых случаях председателем комиссии назначался начальник вооружений вида Воору¬женных сил. В состав комиссии наряду с военными входили и представители разработчиков. В то же время большинство членов комиссии представляли Ми¬нистерство обороны. При формировании комиссий, ответственных за испытания и приемку модернизированных вариантов находящихся на вооружении комплек¬сов, в их состав как правило включали военных, имевших опыт эксплуатации комплекса.
Объем испытаний определялся постановлением о разработке комплекса. Ис¬пытания могли проводиться в два этапа, в ходе первого из которых — конструк¬торских испытаний—производилась проверка правильности принятых конструк¬тивных решений в условиях натурного эксперимента. По итогам этих испытаний могло быть принято решение о необходимости доработки и совершенствования конструкции комплекса. Вторым этапом испытаний были так называемые совме¬стные испытания, целью которых являлась проверка соответствия комплекса за¬данным тактико-техническим и эксплуатационным характеристикам и решение вопроса о принятии комплекса на вооружение. Начиная с 70-х годов как правило все испытания стратегических комплексов проводились в рамках совместных испытаний, в ходе которых разработчики решали задачи по отработке конструк¬ции комплекса, а военные проводили оценку его характеристик.
После завершения программы испытаний Государственная комиссия состав¬ляла заключение, в котором содержались рекомендации о целесообразности при-
нятия комплекса на вооружение. Завершение испытаний формально не являлось окончанием опытно-конструкторских работ по созданию комплекса. Теоретиче¬ски, до принятия нового комплекса на вооружение он должен был пройти этап войсковой эксплуатации. Несмотря на это, в большинстве случаев решение о принятии на вооружение принималось непосредственно после окончания испы¬таний. Как правило такое решение оформлялось в виде специального правитель¬ственного постановления.
По мере проведения опытно-конструкторских работ по созданию нового комплекса начиналась подготовка к его серийному производству. Поскольку примерный срок начала серийного производства указывался в постановлении о разработке комплекса, к моменту завершения испытаний необходимые для раз¬вертывания серийного производства мероприятия как правило уже были осуще¬ствлены. Масштабы производства определялись на основании заявки Министер¬ства обороны, которая формировалась в рамках пятилетнего плана, то есть задол¬го до окончания разработки. При этом система могла быть включена в заявку Министерства обороны даже в том случае, если она не была формально принята на вооружение.
Основной отличительной чертой существовавшей в Советском Союзе схемы разработки военной техники, ее принятия на вооружение и производства явля¬лось то, что средства на создание вооружений направлялись непосредственно в промышленность. Несмотря на это, Министерство обороны, роль которого за¬ключалась в формулировании тактико-технических требований и осуществлении контроля за промышленностью на всех этапах разработки и производства воо¬ружений, могло достаточно эффективно влиять на процесс создания новой тех¬ники.
Принцип финансирования оборонной промышленности и научно-исследова¬тельских и опытно-конструкторских работ, существующий в настоящее время в России, значительно отличается от принятого в Советском Союзе. Средства на разработку и закупку военной техники выделяются Министерству обороны, ко¬торое выступает в качестве заказчика работ. Одна из проблем, возникающих при такой организации финансирования, заключается в том, что эта схема фактиче¬ски не предусматривает выделения средств на проведение фундаментальных ис¬следований, поддержку экспериментальной базы промышленности и организа¬цию серийного производства. Ситуация осложняется практически постоянным недофинансированием Министерства обороны. В этой ситуации Министерство обороны не в состоянии выделять необходимые средства на закупку вооруже¬ний, проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.
Произведенная в России реорганизация оборонной промышленности также привела к упразднению Военно-промышленной комиссии —органа, проводившего основной объем работы по формированию единой политики в области разработ¬ки новых вооружений и их производства. Функции ВПК фактически были пере¬даны Министерству обороны, которое сталкивается с определенными трудностя¬ми при решении вопросов организации и планирования производства.
В целом, ■ необходимо отметить, что осуществляемые Россией в настоящее время проекты, направленные на создание новых систем стратегических воору¬жений, представляют собой завершение разработок, начатых до 1991 г. Таким образом, у России отсутствует опыт проведения полного цикла работ по созда¬нию стратегических комплексов и сегодня преждевременно говорить об устояв¬шейся схеме организации работ в этой области.
Система разработки и производства новых систем вооружений, сложившаяся в Советском Союзе, опиралась на существование оборонных министерств, каждое из которых несло ответственность за создание определенного типа вооружений и военной техники. К оборонным министерствам относились:
• Министерство среднего машиностроения, обеспечивавшее весь цикл разра¬ботки и производства ядерных боезарядов;
• Министерство общего машиностроения, в ведении которого находилось соз¬дание стратегических баллистических ракет наземного и морского базирова¬ния, космических носителей и спутников военного и гражданского назначе¬ния;
• Министерство судостроительной промышленности, отвечавшее за создание кораблей для военного и гражданского флота и вооружения флота;
• Министерство авиационной промышленности, в ведении которого находи¬лись разработка и производство военной и гражданской авиационной техни¬ки, авиационного вооружения, крылатых и зенитных ракет;
• Министерство оборонной промышленности, отвечавшее за производство твердотопливных ракет (в основном нестратегических), обычных вооруже¬ний для сухопутных войск, компонентов военной техники, боеприпасов;
• Министерство радиопромышленности, отвечавшее за создание радиолокаци¬онных станций, противовоздушных и противоракетных систем, системы кон¬троля космического пространства, навигационных авиационных систем, мощных компьютеров;
• Министерство электронной промышленности, в сферу ответственности ко¬торого входило создание полупроводниковой электронной техники, СВЧ и микроэлектронных компонентов, компьютеров;
• Министерство промышленности средств связи, обеспечивавшее производст¬во различного коммуникационного оборудования;
• Министерство машиностроения, принимавшее участие в производстве взрывчатых веществ, порохов, ракетного топлива, боеприпасов.
Кроме министерств оборонной промышленности в создании вооружений и воен¬ной техники принимали участие другие министерства, в частности Министерство тяжелого и транспортного машиностроения, Министерство электротехнической промышленности, Министерство автомобильного транспорта, Министерство хи¬мической промышленности.
В составе каждого из министерств находились научно-исследовательские ин¬ституты, конструкторские бюро, испытательные полигоны, опытные и серийные заводы, позволявшие обеспечить полный цикл разработки и производства воо¬ружений. Деятельность всех министерств вовлеченных в выполнение оборонных заказов координировалась Комиссией по военно-промышленным вопросам при Президиуме Совета Министров СССР (Военно-промышленная комиссия, ВПК).
В роли заказчика новых вооружений выступало Министерство обороны, ко¬торое принимало участие в процессе создания новых вооружений на всех его этапах —от научно-исследовательских работ до серийного производства. На этапе научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ основную роль игра¬ли научно-исследовательские институты Министерства обороны и видов Воору¬женных сил. Эти институты принимали непосредственное участие в формирова-
нии тактико-технических заданий на новые системы вооружений. Кроме этого, Министерству обороны принадлежала ключевая роль в контроле за проведением испытаний создаваемых систем и принятии решения о целесообразности приня¬тия военной техники на вооружение.
Дополнительным механизмом, с помощью которого Министерство обороны осуществляло постоянный контроль за всем процессом разработки и производст¬ва вооружений, являлась военная приемка. Военные представители работали в научно-исследовательских институтах оборонной промышленности и конструк¬торских бюро, осуществляя контроль за проведением научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Кроме этого, военпреды полностью контроли¬ровали серийное производство вооружений. Поскольку военные представители не входили в штатную структуру оборонных министерств, подчиняясь непосред¬ственно Министерству обороны, подобная система обеспечивала достаточно эф¬фективный контроль за качеством изделий.
После распада Советского Союза в декабре 1991 г. структура оборонной промышленности претерпела значительные изменения. Все отраслевые мини¬стерства были расформированы. Предприятия оборонного комплекса, оказав¬шиеся за пределами России, перешли под юрисдикцию тех республик, на терри¬тории которых они находились. Все оставшиеся оборонные предприятия были переданы в подчинение вновь образованного Министерства промышленности Российской Федерации. Исключение составили предприятия Министерства сред¬него машиностроения (к тому времени —Министерство атомной энергетики и промышленности СССР), которые вошли в состав Министерства по атомной энергии РФ. Кроме этого, в 1994 г. свыше тридцати предприятий, ранее входив¬шие в состав Министерства общего машиностроения, были переданы в ведение Российского космического агентства.
В конце 1992 г. Министерство промышленности РФ было расформировано и оборонные отрасли промышленности были переданы в ведение вновь учрежден¬ного Комитета Российской Федерации по оборонным отраслям промышленности (Роскомоборонпром). Впоследствии Роскомоборонпром был переименован в Го¬сударственный комитет (Госкомоборонпром), а в мае 1996 г. реорганизован в Ми¬нистерство оборонной промышленности Российской Федерации. Таким образом все находящиеся на территории России предприятия оборонного комплекса к началу 1997 г. были сосредоточены в трех ведомствах —Министерстве по атомной энергии, Российском космическом агентстве и Министерстве оборонной про¬мышленности. В марте 1997 г. Министерство оборонной промышленности было расформировано и его подразделения были переданы в состав Министерства экономики.